Донбасс – проблемы идентификации

Подробности

Категория: Донбасс- Русь и Украина

Опубликовано 15.09.2014 08:56

Донбасс – проблемы идентификации

На Украине существует специфическое явление, которое можно условно назвать «донбассофобией». Оно состоит в том, чтобы отрицать любую самобытность Донбасса, да и вообще лишний раз не употреблять само слово «Донбасс».

Не нужно в вопросе «донбассофобии» кивать на личность Виктора Януковича: мол, он, будучи президентом, так напугал жителей центральной и западной Украины, что они, бедные, при одном только слове «Донбасс» начинают заикаться. Данный феномен возник ещё в 20-е годы прошлого века, когда известный большевик-украинизатор Николай Скрыпник писал о том, что «село на Украине по своему национальному составу почти исключительно украинское. Город состоит из элементов, по национальному составу русских»… При этом он отмечал: «Главная масса пролетариата Украины находится в восточной ее части, в Донбассе. Во всех остальных частях и городах Украины пролетариат количественно и организационно весьма слаб». После чего Скрыпник выводил главное кредо украинизации Донецкого бассейна: «Для того, чтобы осуществить свои классовые, пролетарские, коммунистические задачи, рабочему классу на Украине нужно, обязательно нужно не отождествлять себя с русским языком и с русской культурой, не противопоставлять свою русскую культуру украинской культуре крестьянства, напротив, нужно всемерно идти в этом деле навстречу крестьянству».

Однако несколько волн активной украинизации, обрушившихся на Донбасс, так и не смогли сломать ни языковой патриотизм жителей самого восточного региона Украины, ни ощущения донбассовцами своей самобытности. Поэтому украинизаторы пошли по принципу: «То, что нельзя сломать или подчинить, можно замалчивать или трансформировать».

Например, хорошо известно, что любимым занятием украинских картографов является составление карт историко-этнографического районирования, на которых, например, чётко обозначаются границы Волыни, Галичины, Подолья, Буковины и других регионов. Причём, такие карты вставляются всюду: в исторические атласы, в географические, в школьные, в административные карты. Но если на западе Украины с этими районами всё более-менее нормально, то на востоке начинается самая настоящая чертовщина .

В атласе «Дивосвіт» для 3 – 4 классов, который составлен и подготовлен к печати ДНВП «Картографія», на карте «Історико-етнографічні землі України» территория Донецкой и Луганской областей подписана словом «Донщина», а северная часть Донецкой области относится к «Слобожанщине».

Открываем «Атлас з історіі України. Ілюстрований атлас» Института передовых технологий 2004 года издания. Здесь на стр. 40 уже юго-восточная часть нынешней Донецкой области (примерно нынешние Новоазовский, Амвросиевский и смежные районы к востоку от Кальмиуса) и юг Луганской области обозначены как «Донеччина». Западная же часть Донецкой области (все, что западнее Кальмиуса) входит, согласно этому же атласу, уже в другую историко-этнографическую землю Украины под названием «Запорожжя» (написано именно через «о»). Это самое «Запорожжя» раскинулось на огромной территории, почти от Умани и Кировограда на западе до Мариуполя и Донецка (включительно) на востоке.

В ещё одном атласе («Україна. Історичний атлас. 5 клас», «Карто-графічне видавництво «Мапа», 2003р.) на странице 27 снова присутствует земля под названием «Дінщина» (уже через «і»).

И если вы думаете, что это только детишкам голову дурят, ничего подобного. В прекрасно изданном в Киеве ДНВП «Картография» в 2004 году «Загальногеографічном Атласі України» объемом в 112 страниц на странице 13, где указаны украинские этнические и этнографические земли, территория Донбасса опять поделена между «Донщиною» и «Запоріжжям». В изданном тем же издательством, но уже в 2006 году «Політико-адміністративним Атласе України» на стр.7, где указана «Українська етнічна територія», практически весь Донбасс входит в состав только «Донщини».

В общем, пишут всё, что угодно: «Донеччина», «Донщина» (она же, видимо, и «Дінщина»), «Запоріжжя» (оно же, видимо, и «Запорожжя») только бы не Донбасс. Видимо, чтобы у людей, а в особенности у школьников, складывалось представление о том, что никакого Донбасса и в помине не существует.Это при том, что, прожив свою жизнь в Донбассе, я не встречал ни одного человека, который бы сказал относительно родного края, что это какая-то Донщина или, упаси Боже, Запорожье.

Но столь хитрое географическое «районирование», построенное на умалчивании, мелочь по сравнению с тем, что пытаются вбить в головы школьников под видом культуры Донбасса.

В своё время попали мне в руки две презабавшейшие книжечки под названием «Барвінок Донбасу. Читанка з народознавства і літератури рідного краю» (автор-составитель В. В. Олифиренко). Пособие рассчитано на школьников 2-го и 3-го классов и рекомендовано Министерством образования Украины. Прочтение пособия показало его гигантскую тенденциозность и изрядную некомпетентность. Меня удивило, что все пособие полностью написано на украинском языке и ни одного русского стихотворения или рассказа в нём не приводится. Наверное, по мнению члена Союза писателей Олифиренко, ни на каком другом языке, кроме как на украинском, в Донбассе не разговаривают и не пишут. Из-за того, что член писательской организации не расслышал русский язык в Донбассе, пособие полно курьёзов.

В разделе, посвящённом песням родного края, фигурирует «Ой, на горі та женці жнуть», которую, как утверждает составитель, поют в Дон-бассе. Возможно. Но разве эта песня исконно донбасская или как-то ассоциируется с нашим краем? А ведь такие песни есть: это и «Спят курганы тёмные», и, безусловно, широко известный «Коногон». Этот мотив настолько полюбился людям в разных уголках бывшего Советского Союза, что на него сочинено уже больше десятка песен, самая известная из которых «На поле танки грохотали». Почему этих песен нет в сборнике «Барвінок Донбасу»? Неужто рука дрожала у составителя опубликовать русскоязычный текст?

В сборнике много стихов, на мой взгляд, крайне неудачных. И, что ещё более важно, с Донбассом никак не связанных. «Вчуся у мами» Олега Орача, «Початок» Бондарчука и другие лиричные произведения. Смысл такой: мама мне поёт, я ей подпеваю, рушничок вышиваю. Как говорится, ни уму, ни сердцу. А вот для стихов Павла Беспощадного (прозванного Януковичем на открытии «Донбасс-арены» почему-то Бессмертным), от которых у любого нормального донбассовца мороз по коже, места в сборничке не нашлось:

И нет земли прекрасней, вдохновенней,

Где все творцом-народом создано.

Донбасс никто не ставил на колени

И никому поставить не дано!

Зато нашлось место для предисловия Владимира Беляева, бывшего директора украинского отдела радиостанции «Голос Америки».

Ещё один странный момент: по нескольку раз в сборниках приводятся произведения каких-то не очень известных авторов – таких, как Грицько Бойко, Гриць Пономаренко, Григорий Кривда. И при этом на страницах «Читанки литературы родного края» мы не найдём ни Всеволода Гаршина, ни Бориса Горбатова, ни Александра Чепижного, автора легендарного романа «Гагаи», ни многих-многих других. Или тот факт, что они писали и пишут по-русски, исключает их из литературы Донбасса?

Та же самая история в «читанке» и с этнографией. Кроме украинцев в Донбассе Олифиренко рассмотрел еще приазовских греков, коим было посвящено аж три страницы в сборничке. О русских один раз вскользь упомянул, да и то в духе – мол, живут здесь рядом с украинцами. Евреев обнаружить вообще не удалось.

И это при том, что по переписи 1917 года в Юзовке (ныне Донецк) проживало русских 31952 чел., евреев – 9934 человека, украинцев – 7086 человек. И так было в значительной части городов Донбасса. Казаки, действующие в сборнике, сплошь запорожские. А где же донские? Или составитель пособия не знает, что до революции граница Великого войска Донского проходила по Кальмиусу? И какой огромный вклад в культуру и историю Донбасса внесли донцы?

Аналогично с иллюстрациями на народоведческую тему. В пособии для третьего класса изображены украинцы в национальных костюмах таврического историко-этнографического региона Украины, к которому Донбасс, как известно, никоим боком не относится. В результате в этих «читанках» много чумаков, рушников, матусь и барвинков, но так мало Донбасса, его людей и его духа.

Видимо, многие деятели в Киеве продолжают воплощать в жизнь тезисы Скрыпника, что в гуманитарных вопросах «нужно всемерно идти в этом деле навстречу крестьянству». О том, что подобная «ходьба» уничтожает Донбасс как культурно самобытный и промышленный регион в Киеве никого не беспокоит.

Главной проблемой донбасской элиты всегда было пренебрежитель-ное отношение к гуманитарным вопросам развития родного края, его идеологии. Взять, например, такую вещь, как символика. Как известно, любой символ должен быть чётким, ясным, понятным и содержать в себе некую концентрированную идею. А что у нас?